Графиня Дарья Петровна Кенсона (Одоевская) и Убежище Святой Дарьи

240 лет со дня рождения графини Дарьи Петровны Кенсонá, урожденной княжны Одоевской, исполняется 4 июня 2026 года (по новому стилю). Дарья Петровна была единственной дочерью князя Петра Ивановича Одоевского. Отец и дочь – последние владельцы села Болшева Московской губернии. Оба упокоены в княжеской усыпальнице Одоевских в болшевском храме Космы и Дамиана города Королёва Московской области.

Дарья Одоевская родилась 24 мая 1786 года (здесь и далее по старому стилю), согласно записи в метрической книге московской церкви Спаса Преображения Господня на Тверской:

«№ 6. В мае 24 у князь Петра Ивановича Одоевского родилася дочь Дария, крещена тогож месяца 30 дня, восприемники были генерал порутчик Иван Васильевич Ступишин и капитанша Софья Гавриловна Полтева»[1].

В метриках указана дата 24 мая 1786 года, хотя ранее во всех источниках было написано 25 мая 1786 года. Вероятно, прежняя дата взята с памятной доски в церкви Космы и Дамиана в Болшево, где также стоит «25 мая». Недавно уже публиковалось предположение, что верна та дата, которая указана в метрической книге.

Восприемником (крестным) Дарьи стал Иван Васильевич Ступишин (1738—1819), генерал-лейтенант, московский губернский предводитель дворянства, который жил по соседству с Одоевскими. Восприемница Софья Гавриловна Полтева (ок. 1722–1793) – капитанша и титулярная советница, бабушка Дарьи по матери Елизавете Николаевне Одоевской, урожденной Полтевой.

У Дарьи было шесть братьев. Старших она не застала – Владимир, Александр, Борис и Иван умерли в младенчестве, как и самый младший Николай [2].

А вот Сергей, который был младше её на четыре года, стал единственным, с кем она общалась как сестра. Он погиб в битве по Дрезденом 15 августа 1813 года [3].

В этой статье впервые публикуется портрет Дарьи Петровны Кенсона (Одоевской), любезно предоставленный автору потомками её супруга Октавиана Кенсона. Портрет хранится в частной коллекции во Франции с подписью: Dorothée ODOIESKA Comtesse de QUINSONAS.

На портрете начала XIX века мы видим нежную, стройную, немного грустную женщину двадцати с небольшим лет, очень похожую чертами лица на князя Петра Ивановича Одоевского. Она одета в ампирное платье с легкими буфами, темное и скромное, через плечо – яркая шаль. На голове популярный в то время головной убор – тюрбан из воздушной ткани. Вырез платья окаймляет веерообразный стоячий воротник «а ля Мария Стюарт» из тонкого полотна и кружева. Лицо по моде обрамлено круглыми завитками локонов.

9 апреля 1805 года княжна Дарья Одоевская вышла замуж за графа Октавиана Кенсона и стала по мужу графиней Кенсона. Граф оставался в католической вере и для женитьбы просил разрешение о дозволении у преосвященного Августина, епископа Дмитровского и викария Московской епархии (позднее архиепископа Московского и Коломенского). Венчание состоялось в Космо-Дамианской церкви в Шубине. В метрической книге за 1805 год записано:

«№1. 9 апреля. Генерал лейтенант и кавалер граф Осип Осипович Кинсон сочетался первым браком который понял себе в супружество князь Петра Ивановича Одоевскаго на дощери его княжне Дарье Петровне который содержит католической закон прошением просил о дозволении преосвященнейшего Августина чему и обыск чинен был» [4].

В день свадьбы невесте было восемнадцать лет, а жениху тридцать восемь с половиной. 65-летний князь-вдовец Петр Иванович Одоевский, очевидно, спешил устроить судьбу единственной дочери.

О муже

Граф Жозеф-Октавиан-Мари де Пурруа де Л’Оберивьер де Кенсона (Le comte Joseph-Octavien-Marie de Pourroy de L’Auberivière de Quinsonas) в России носил имя Осип Осипович Кенсона (Жозеф – Иосиф – Осип). Его подробная биография будет опубликована автором по окончании исследования, а ниже приведена краткая биографическая справка.

Октавиан родился 9 октября 1766 года на юго-востоке Франции в окрестностях Гренобля в семье зажиточных провинциальных дворян из древнего рода.

Отец Жозеф-Габриэль де Пурруа де Л’Оберивьер маркиз де Кенсона – один из председателей парламента Гренобля (1738–1786). Мать Катрин-Клодин де Шапоне маркиза де Кенсона (1746–1826) занималась литературой и наукой. Супруги были одними из девяти основателей Кабинета естественной истории Гренобля – будущего Музея естественной истории Гренобля. У Октавиана было два младших брата: Адольф-Эдуард-Анри и Виктор-Эммануэль.

Семья Кенсона имела много недвижимости по всей Франции, в том числе в Париже. До смерти отца они жили в замке Мерьё.

Семья пострадала во время Французской революции. В 1793 году братья Октавиан и Виктор эмигрировали в Россию и поступили на военную службу. Октавиан Кенсона участвовал в походах и сражениях, в том числе под командованием Александра Суворова. В феврале 1798 года назначен шефом Ингерманладского драгунского полка. В 1800 году получил звание генерал-лейтенанта.

В 1810 году оба брата вышли в отставку. Виктор вернулся на родину, а Октавиан перешел на гражданскую службу и был назначен в корпус инженеров путей сообщения начальником IV округа. Кавалер многих российских орденов, в 1817 году занесен в список благородного дворянства по Московскому уезду.

Владел имениями в Тверской, Смоленской и Орловской губерниях, а также недвижимостью в Москве. Прожил в России около 30 лет, хорошо говорил и писал по-русски. После смерти жены некоторое время был наследником части ее болшевских и иных владений. По возвращении во Францию женился второй раз, снова бездетно.

В 1827 году король Карл X возвел его в достоинство пэра Франции, обязанности которого он выполнял до 1830 года. Октавиан Кенсона купил небольшой замок Грежи в 80 км от Парижа, чтобы присутствовать на заседаниях пэров. Потом сложил с себя полномочия и удалился от дел. Занимался благотворительностью, финансировал строительство церкви для городка Грежи, оставив после себя только добрые воспоминания и название площади. По свидетельству родственников, характер имел сложный и авторитарный. Это можно понять, учитывая всего его испытания: многолетнюю жизнь в чужой стране и потерю всей семьи.

Портрет своей жены Дарьи или, на французский манер, Доротеи, он увез с собой. Благодаря бережному его сохранению сегодня мы видим лица людей, живших более двух веков назад. Скончался Жозеф-Октавиан-Мари де Пурруа де Л’Оберивьер де Кенсона 31 октября 1854 года. Этой осенью ему исполнится 260 лет со дня рождения.

О детях

20 июня 1806 года (по старому стилю) у супругов Кенсона родился первенец, названный в честь деда Петром. Крещен 1 июля в православной вере в Космо-Дамианской церкви в Шубине. Восприемником своего первого внука стал сам князь Петр Иванович Одоевской, восприемницей – родная сестра князя, генеральша Евдокия Ивановна Талызина (урожденная Одоевская)[5]. Этим летом Петру Осиповичу Одоевскому исполнится 220 лет со дня рождения.

К несчастью, младенец Петр умирает 28 февраля 1807 года в возрасте 8 месяцев. Как отмечено в метрической книге Покровской в Левшине церкви, Петр погребен в вотчине Одоевских в селе Ивановском Московского уезда[6].

В это время Дарья, по-видимому, уже была беременна вторым сыном.  27 октября 1807 года родился Иосиф, названый в честь деда уже по отцовской линии – маркиза Жозефа де Кенсона. Крещен в тот же день, восприемником младенца стал статской советник граф Виктор Осипович Кенсона, родной брат отца Осипа Осиповича Кенсона. Восприемницей была девица Наталья Николаевна Полтева, родная тетка Дарьи Петровны по матери[7].

Но злой рок Одоевских снова настиг семью. Иосиф, которого стали называть, как и отца, Осипом, скончался 28 июня 1809 года в возрасте 1 года 8 месяцев. Погребен в тот же день рядом с братом селе Ивановском. Причины смерти обоих детей не известны. После этого брак супругов Кенсона был бездетным.

До наших дней ни село Ивановское, ни церковь Введения Пресвятой Богородицы во Храм, при которой была семейная усыпальница князей Одоевских, не сохранились. Могилы нескольких поколений князей Одоевских и двух детей Кенсона утеряны.

Дома в Москве

Первое время после свадьбы молодые проживали в доме князя П.И. Одоевского (нынешний Камергерский переулок, дом 3), хотя О.О. Кенсона купил еще в сентябре 1805 года дом в Тверской части[8].

21 ноября 1806 года Дарья Петровна приобрела на свое имя усадьбу у братьев Федора, Василия и Николая Алексеевичей Лодыжинских, продавших ей за 30 000 рублей: «крепостной свой двор на Белой Земле состоящий выше каменным и деревянным строением с мебелью какая есть в доме по данному реестру, с плодовитым садом, с ранжерею и деревьями свободен от постоя, доставшийся нам по наследству после покойной родительницы нашей полковницы Марьи Даниловой Ладыженской и по разделу с родителем нашим полковником Алексеем Федоровичем и родною сестрою девицею Софьею Ладыженскими состоящий Пречистенской части 3 квартала под № 194 в приходе Церкви Покрова Пресвятыя Богородицы что в Левшине»[9].

Супруги Кенсона сразу поселились во вновь приобретенной усадьбе. При этом часть недвижимости сдавали в аренду жильцам и постояльцам. Дом сохранился во время пожара 1812 года. Современный адрес: Большой Левшинский переулок, дом 8/1, строение 1. На территории бывшей усадьбы Лодыжинских-Кенсона сохранилось несколько старых отреставрированных строений.

Основное из них – угловой дом Дворцового ведомства, купившего здание в 1835 году. Во время современных реставрационных работ обнаружены первоначальные стены и найдены на трех этажах пятнадцать печей — керамических, глазурованных, терракотовых. Сегодня все они сохранены и отреставрированы. Несмотря на внимание к зданию, до настоящего времени не было подтвержденной архивными источниками информации о проживании в данном доме семьи Кенсона.

Жизнеописание Дарьи Петровны Кенсона пока неизвестно, но есть надежда, что оно встретится в многочисленных мемуарах начала XIX века. Можно лишь предположить, что набожность, присущая женщинам рода Одоевских и Полтевых, а также личные жизненные трагедии Дарьи оказали влияние на ее религиозность и стремление к благотворительности. 2 (14 по новому стилю) декабря 1818 года графиня Кенсона преждевременно скончалась в доме своего отца князя Петра Ивановича Одоевского и была погребена на третий день в болшевском Космодамианском храме [10].

Внутри храма, вероятно, в более позднее время, установлена памятная доска с надписью: «Против сей доски погребено тело графини Д.П. Кенсона (25.05.1786 — 02.12.1818), урожденной княжны Одоевской. Она была дочь почтительная и преданная. Супруга нежная и совершенная, истинная мать бедных и несчастных. Господи, прими дух ея».

По воспоминаниям потомков, граф Кенсона в момент кончины своей супруги был во Франции. Возвратившись в Россию, он узнал, что жена и другие члены семьи скончались от крупа (респираторный синдром). Но в метрических книгах Космо-Дамианской церкви в Шубине массовой смертности в доме Одоевского в тот период не выявлено. По неподтвержденным данным, Дарья Кенсона оставила духовное завещание, которое после ее смерти исполнил её супруг.

Убежище Святой Дарьи

Помимо усыпальницы в Болшеве и доброй памяти, оставалось еще одно наследие, связанное с именем Д. П. Кенсона: в 1821 году было основано Убежище Святой Дарьи. В некоторой краеведческой литературе долгое время безосновательно утверждалось, что «князь П. И. Одоевский основал в память своей дочери в Москве Дариинский приют в собственном доме». И лишь в последнее время стала фрагментарно встречаться информация о совершенно другом месте для приюта и другом благотворителе, но глубокого изучения истории этого учреждения не проводилось.

Впервые публикуется информация о богоугодном заведении в память Дарьи Кенсона-Одоевской с указанием архивных источников. И эти источники гласят, что Убежище Святой Дарьи было устроено на улице Малая Лубянка. О том, что благотворителем был ее муж-католик, а не отец, свидетельствуют мемуары семьи Кенсона, а также множество иных фактов. Несмотря на то, что О.О. Кенсона пытался создать приют анонимно с помощью друга, роль его очевидна.

Итак, в сентябре 1820 года вице-президент Московского Попечительного комитета о бедных Императорского Человеколюбивого Общества, отставной капитан Александр Иванович Бахметьев купил за 29.000 рублей каменный дом в Мясницкой части 4-го квартала под № 291 близ католической церкви Святого Людовика[11]. Предыдущей владелицей была госпожа Анна Захаровна Хитрово (урожденная Нелединская), которая владела этой городской усадьбой с 1777 года. Современный адрес: улица Малая Лубянка, дом 10, строение 1.

В октябре 1820 года А.Н. Бахметьев написал князю А.Н. Голицыну, главному попечителю Императорского человеколюбивого общества, прошение об учреждении в Москве благотворительного заведения под названием «убежище бедных Св. Дарьи».

В письме Бахметьев изложил, что означенное заведение желает устроить и оплатить скрывающий свое имя неизвестный благотворитель. Организовано оно будет под личным его, Бахметьева, надзором. Для этой цели выделены от неизвестного 50 000 рублей, из этих средств уже куплен дом. Остаток этого капитала после ремонта дома должен быть внесен в ломбард и проценты потрачены на призрение в заведении бедных.

По желанию «неизвестного» благотворителя для Убежища бедных Св. Дарьи были установлены следующие правила:

1. Находиться при жизни Бахметьева под непосредственным его управлением.
2. Внутреннее хозяйственное распоряжение поручить навсегда священникам и синдикам католической Св. Людовика церкви.
3. В убежище преимущественно должны быть принимаемы бедные люди римско-католического, а в случае недостатка таковых, лютеранского и других вероисповеданий.
4. После смерти Бахметьева священники и синдики церкви Св. Людовика с прихожанами должны избрать к непосредственному управлению убежищем заслужившую в обществе доверие особу из российских дворян и таковое избрание производить при смерти каждого главноуправляющего.
5. Дом убежища со всеми к нему принадлежностями, капиталами и землею ни по какому случаю не может перейти в партикулярное владение и употреблен быть на другое назначение.
6. Дом сей повелеть освободить от постоя и от всех городских повинностей по примеру прочих человеколюбивых в Москве заведений.

Князь Александр Голицын дал свой ответ:

Не находя с моей стороны законных препятствий к удовлетворению желания неизвестного о учреждении убежища бедных Св. Дарии […], мое мнение состоит в том, чтоб г. Бахметьеву дозволить привести оное во исполнение и считать сие заведение в ведомстве Римско-Католической церкви[12].

В течение 1821 года проходили согласования. Высочайшее Его Величества соизволение на учреждение в Москве благотворительного заведения под названием «убежище бедных Св. Дарьи» дано 23 апреля 1821 года. Но дом требовал капитального ремонта, который Бахметьев перенес на весну 1822 года, после чего приют начал полноценно функционировать.

За XIX век при приходе храма Св. Людовика был организован целый ряд благотворительных и образовательных заведений, которые в ту эпоху считались образцовыми и принесли приходу значительную известность. Богадельня (убежище, приют) Святой Дарьи (Доротеи) была первой в этой череде. Приют для пожилых прихожан был рассчитан на 40 хорошо обставленных комнат. Помимо капитала графа Кенсона, приют поддерживали щедрые вклады частных лиц. В него принимали лиц преимущественно французского происхождения, оставшихся без попечения. В Москве таковых оказывалось довольно много, так как профессия гувернантки, привлекавшая французов в Россию, далеко не всегда позволяла составить небольшое состояние, достаточное для проживания в старости.

 Помимо крупной денежной суммы в пользу Убежища для бедных во имя Св. Дарьи граф Октавиан Кенсона пожертвовал принадлежащее ему (а ранее его супруге Дарье) имение в сельце Липяги Ефремовского уезда Тульской губернии.

В 1885 году неподалеку (ул. Малая Лубянка, д. 12, стр. 1) было построено еще одно кирпичное трехэтажное здание богадельни Св. Дарьи. Приют просуществовал до весны 1919 года, когда все приходские здания, кроме самой церкви, были конфискованы[13]. 

Еще несколько интересных биографических фактов о Дарье Петровне Кенсона (Одоевской):

 Древнейший и один из самых знатных русских родов – князья Одоевские – был в родстве почти со всеми известными российским фамилиями, перечисление которых было бы очень длинным. Но среди дальних родственников интересно выделить таких корифеев русской литературы, как А.С. Пушкин, Л.Н. Толстой, А.С. Грибоедов и, разумеется, В.Ф. Одоевский. Героине этой публикации А.С. Грибоедов и В.Ф. Одоевский доводились четвероюродными племянниками, а Л.Н. Толстой – четвероюродным внучатым племянником. Общий предок их всех, включая Дарью Петровну, – князь Юрий Михайлович Одоевский, первый владелец Болшева. А.С. Пушкин – пятиюродный племянник Дарьи Кенсона, а их общий предок – воевода Иван Иванович Ржевский.

В 2026 году исполняется 240 лет каменному зданию Космодамианского храма в Болшеве – ровеснику Дарьи Кенсона. Совпадение этих дат, скорее всего, случайно, но символично. А вот в названии второй болшевской церкви Преображения Господня, возможно, есть дань памяти утраченному храму Спаса Преображения Господня что на Тверской. В этом старинном храме князь Петр Одоевский крестил своих детей, в том числе и княжну Дарью. В 1786 году обветшавшую средневековую церковь закрыли и вскоре снесли[14]. А в 1800 году Петром Одоевским построена одноименная церковь в селе Болшево. Есть ли здесь историческая связь, могут ответить лишь новые архивные документы.

Примечание:

Три портрета из частного архива семьи де Кенсона любезно предоставлены автору статьи и публикуются впервые. При копировании ссылка на сайт Королевского краеведческого общества им. Б.Я. Ежова обязательна.

Выражаю признательность всем членам семье Кенсона за предоставление столь ценной для нас информации и портретов.

Благодарю за неоценимое содействие в работе по сбору материала историка и журналиста Маттье Ред (Matthieu Rehde).

Марина ЗАЙЦЕВА

---

[1] ЦГА Москвы, Ф.203, О.745, Д.49, Л.145

[2] Сайт Королевского краеведческого общества им. Б.Я. Ежова: Зайцева М.В. Княгиня Елизавета Одоевская (Полтева) и её семья https://kko-korolev.ru/2026/03/публикации/2682/  

[3] Историко-статистическое и археологическое описание церквей: Введения Пресвятыя Богородицы в селе Ивановском (Подольскаго уезда, Московской губернии) и приписной к ней Христорождественской в селе Черневе (того же уезда и губернии) с их приходами: с приложениями: родословных князей Одоевских и Одоевских-Масловых, а равно и близких к ним, и сведений о домовых церквах князей Одоевских/составил И. Токмаков – Москва, 1894.

[4] ЦГА Москвы, Ф.2124, О.1, Д.2343, Л.15об-16

[5] ЦГА Москвы, Ф.203, О.745, Д.153, Л.524об

[6] ЦГА Москвы, Ф.2125, О.1, Д.1121, Л.83об

[7] ЦГА Москвы, Ф.203, О.745, Д.160, Л.222-222об

[8] ЦГА Москвы, Ф.32, О.11, Д.2908

[9] ЦГА Москвы, Ф.32, О.11, Д.5521

[10] ЦГА Москвы, Ф.2124, О.1, Д.2343, Л.124об

[11] РГИА, Ф.768. О.2. Д.60, Л.4об

[12] ЦГА Москвы, Ф.16, О.6, Д.6696, Л.5

[13] https://chorcantico.ru/sudba-franczuzskogo-katolicheskogo-prihoda-v-moskve/

[14] П.В. Сытин. Из истории московских улиц.