Жилые дома Домостроительного комбината № 160

Задолго до массового панельного строительства в СССР существовала развитая индустрия заводского производства домов. Советские архитекторы успешно решали задачу создания комфортного и эстетически привлекательного массового жилья из дерева.

После войны на восстановление работали домостроительные предприятия по всей стране, в создание новых заводов вкладывались немалые средства.  Одним из таких комбинатов стал Домостроительный комбинат № 160 (ДСК-160) в г. Костино (сейчас исторический район г. Королёва), созданный 14 августа 1946 года на площадке небольшого мебельного производства.

Комбинат располагался в полутора километрах от железнодорожной станции Болшево Северных железных дорог и вначале назывался «Центральный мебельный комбинат № 5». В том же 1946 году переименован в Домостроительный комбинат № 160 Министерства обороны СССР. В 1947–1959 годах директором предприятия был полковник Александр Дмитриевич Каллистратов, до этого руководивший заводом № 88 в г. Калининграде.

Среди всех комбинатов ДСК-160 стоит особняком: выпускавшиеся им дома – одни из наиболее интересных в плане архитектуры. Автор домов – известный архитектор Борис Григорьевич Бархин (1912–1999), работавший в проектной организации Наркомата обороны – «Военпроекте».

К тому моменту Бархин уже имел отношение к застройке г. Костино: по его проекту в 1944 и 1945 годах был построен так называемый Офицерский городок, включавший более полусотни деревянных коттеджей на одну, две и четыре квартиры. Дома имели интересный резной декор, воспроизводящий мотивы народного зодчества. Одновременно со строительством домов, несмотря на военное время, выполнялось благоустройство улиц.

Офицерский городок снесён при строительстве пр. Космонавтов. Но несколько домов по тому же проекту Б.Г. Бархина можно видеть на северо-востоке г. Королева в исторической местности Валентиновка. Они встречаются на улицах Добролюбова и Гвардейской.

Архитектурные достоинства посёлка были высоко оценены коллегами-архитекторами, и в конкурсе на лучший малоэтажный жилой дом, выстроенный в городах РСФСР в 1944-1945гг., городок в Костине получил первую премию.

Б.Г. Бархин также был автором (вместе с Н.И. Гайгаровым и В.В. Яновским) кирпичных домов для работников ДСК-160 на улице Суворова.

Два года спустя он вместе с инженером Богомоловым, повинуясь требованию времени, приступил к проектированию домов для изготовления в заводских условиях. При разработке их конструкций за основу были взяты проекты домов финской фирмы «Puutalo», в большом количестве поставлявшиеся по репарациям после поражения Финляндии. Однако это не было копированием иностранной технологии: многие конструктивные решения были переработаны.

Но главное отличие отечественного проекта от финских в другом: советских архитекторов не устраивали аскетичные фасады утилитарных финских домов. И поэтому Бархин обогатил фасады наличниками, спускающимися до цоколя и объединёнными друг с другом на одном из фасадов аркой, а также росписью между наличниками, угловыми пилястрами и полукруглым слуховым окном.

Просторная веранда, присоединявшаяся с одной или с другой стороны дома, также обогащала облик здания.

Первые дома были построены рядом с комбинатом – в г. Костино. Опытный участок включал около 20 домов. Они располагались между современными Канальным и Калининградским проездами. Но ни один дом не сохранился до нашего времени. На их месте сейчас более поздняя застройка.

Крупный, но тоже полностью утраченный, посёлок из домов Б.Г. Бархина стоял в пос. Чкаловском Московской области:

Однако всё же дома Б.Г. Бархина в Королёве можно увидеть воочию в Валентиновке, где их осталось несколько из двадцати, построенных для дачников на рубеже 1940–50-х годов.

В области можно найти ещё некоторое число домов, сохранившихся в первоначальном виде. Например, рядом с деревней Чёрная Грязь в г.о. Химки, имеется небольшой посёлок из 6 зданий. Интересно, что здесь, как и в Валентиновке, использованы два варианта покрытия крыш: металлическими листами и глиняной черепицей:

Один дом сохраняется даже в Москве в пределах МКАД:

С конца 1940-х годов дома Бархина строились в военных городках по всей стране. Они были распространены на огромной территории от Мурманской области до Крыма и даже Ашхабада, который восстанавливался военными строителями после землетрясения 1948 года.

Свидетельство важности этого проекта для советской архитектуры – появление фотографии дома на обложке журнала «Архитектура и строительство», главного профессионального журнала в то время.

Параллельно Болшевский ДСК (так иногда называли ДСК-160) начал выпуск брусчатых домов по проектам архитектора Николая Гайгарова. Если дома Бархина (проект под обозначением ЦВ-1) предназначались для офицеров, то бóльшие по размерам дома Гайгарова (ЦВ-2 и ЦВ-7) – для генералов. Их можно найти в элитных посёлках 1940-х годов в разных частях Московской области. Эти проекты также интересны тщательной проработкой фасадов:

В скором времени дома Бархина стали выпускать и другие военные домостроительные предприятия. Однако Болшевский ДСК сумел сохранить свой особый статус. В 1948 году комбинат построил новый экспериментальный дом. Его проект разработали в Академии архитектуры СССР под руководством архитектора Натана Остермана, впоследствии ставшего одним из главных специалистов по проектированию типовых жилых домов. С ним работали архитекторы Н. Наумова и А. Немлихер.

Показательно, что, будучи главным центром экспериментов в архитектуре, Академия архитектуры выбрала для сотрудничества именно болшевское производство. Новый дом, получивший шифр АД-5-1, должен был стать эталоном дома заводского изготовления, демонстрировать все преимущества индустриального домостроения и вывести жилую застройку на новый уровень. Три комнаты, ванная, веранда, раздвижные перегородки между помещениями – дом был призван поднять стандарт одноквартирного дома для страны и оставить в прошлом скучное лапидарное жильё без водопровода, канализации, централизованного отопления, преобладавшее в тогдашнем строительстве.

Здесь так же, как при проектировании домов Бархина и Гайгарова, внешнему облику уделялось столько же внимания, сколько и комфорту планировки, и наличию всех удобств. Остерман выделил главный фасад трёхгранным эркером – и дом стал резко отличаться от привычных типовых домов-коробок.

При этом и эркер, и декоративные элементы – пилястры, наличники, карнизы и т.д. – были запроектированы так, чтобы максимально упростить их изготовление на заводе и монтаж на строительной площадке.

Большое внимание было уделено и благоустройству участка. Экспериментальный дом и в этом плане сильно отличался от обычных сельских и городских одноэтажек. Но и не был он похож на элитные дачи и особняки. Архитекторы создавали эталон дома именно для массового строительства. Они выделили не только места для отдыха на свежем воздухе и для игр детей, но и место для огорода и ягодника, а также позаботились о хозяйственной постройке.

Но к середине 1950-х годов курс жилищного строительства изменился: в приоритете оказались не малоэтажные деревянные, а 5-этажные панельные дома. Изменился эстетический стандарт: вместо обилия декора – простота и лаконичность. Но при этом то, о чём мечтали архитекторы 1940-х, – благоустроенное жильё для всех – становилось реальностью.

Сергей ВОЛКОВ,

историк архитектуры, независимый исследователь