После войны на восстановление работали домостроительные предприятия по всей стране, в создание новых заводов вкладывались немалые средства.  Одним из таких комбинатов стал Домостроительный комбинат № 160 (ДСК-160) в г. Костино (сейчас исторический район г. Королёва), созданный 14 августа 1946 года на площадке небольшого мебельного производства.

Комбинат располагался в полутора километрах от железнодорожной станции Болшево Северных железных дорог и вначале назывался «Центральный мебельный комбинат № 5». В том же 1946 году переименован в Домостроительный комбинат № 160 Министерства обороны СССР. В 1947–1959 годах директором предприятия был полковник Александр Дмитриевич Каллистратов, до этого руководивший заводом № 88 в г. Калининграде.

Среди всех комбинатов ДСК-160 стоит особняком: выпускавшиеся им дома – одни из наиболее интересных в плане архитектуры. Автор домов – известный архитектор Борис Григорьевич Бархин (1912–1999), работавший в проектной организации Наркомата обороны – «Военпроекте».

К тому моменту Бархин уже имел отношение к застройке г. Костино: по его проекту в 1944 и 1945 годах был построен так называемый Офицерский городок, включавший более полусотни деревянных коттеджей на одну, две и четыре квартиры. Дома имели интересный резной декор, воспроизводящий мотивы народного зодчества. Одновременно со строительством домов, несмотря на военное время, выполнялось благоустройство улиц.

Офицерский городок снесён при строительстве пр. Космонавтов. Но несколько домов по тому же проекту Б.Г. Бархина можно видеть на северо-востоке г. Королева в исторической местности Валентиновка. Они встречаются на улицах Добролюбова и Гвардейской.

Архитектурные достоинства посёлка были высоко оценены коллегами-архитекторами, и в конкурсе на лучший малоэтажный жилой дом, выстроенный в городах РСФСР в 1944-1945гг., городок в Костине получил первую премию.

Б.Г. Бархин также был автором (вместе с Н.И. Гайгаровым и В.В. Яновским) кирпичных домов для работников ДСК-160 на улице Суворова.

Два года спустя он вместе с инженером Богомоловым, повинуясь требованию времени, приступил к проектированию домов для изготовления в заводских условиях. При разработке их конструкций за основу были взяты проекты домов финской фирмы «Puutalo», в большом количестве поставлявшиеся по репарациям после поражения Финляндии. Однако это не было копированием иностранной технологии: многие конструктивные решения были переработаны.

Но главное отличие отечественного проекта от финских в другом: советских архитекторов не устраивали аскетичные фасады утилитарных финских домов. И поэтому Бархин обогатил фасады наличниками, спускающимися до цоколя и объединёнными друг с другом на одном из фасадов аркой, а также росписью между наличниками, угловыми пилястрами и полукруглым слуховым окном.

Просторная веранда, присоединявшаяся с одной или с другой стороны дома, также обогащала облик здания.

Первые дома были построены рядом с комбинатом – в г. Костино. Опытный участок включал около 20 домов. Они располагались между современными Канальным и Калининградским проездами. Но ни один дом не сохранился до нашего времени. На их месте сейчас более поздняя застройка.

Крупный, но тоже полностью утраченный, посёлок из домов Б.Г. Бархина стоял в пос. Чкаловском Московской области:

Однако всё же дома Б.Г. Бархина в Королёве можно увидеть воочию в Валентиновке, где их осталось несколько из двадцати, построенных для дачников на рубеже 1940–50-х годов.

В области можно найти ещё некоторое число домов, сохранившихся в первоначальном виде. Например, рядом с деревней Чёрная Грязь в г.о. Химки, имеется небольшой посёлок из 6 зданий. Интересно, что здесь, как и в Валентиновке, использованы два варианта покрытия крыш: металлическими листами и глиняной черепицей:

Один дом сохраняется даже в Москве в пределах МКАД:

С конца 1940-х годов дома Бархина строились в военных городках по всей стране. Они были распространены на огромной территории от Мурманской области до Крыма и даже Ашхабада, который восстанавливался военными строителями после землетрясения 1948 года.

Свидетельство важности этого проекта для советской архитектуры – появление фотографии дома на обложке журнала «Архитектура и строительство», главного профессионального журнала в то время.

Параллельно Болшевский ДСК (так иногда называли ДСК-160) начал выпуск брусчатых домов по проектам архитектора Николая Гайгарова. Если дома Бархина (проект под обозначением ЦВ-1) предназначались для офицеров, то бóльшие по размерам дома Гайгарова (ЦВ-2 и ЦВ-7) – для генералов. Их можно найти в элитных посёлках 1940-х годов в разных частях Московской области. Эти проекты также интересны тщательной проработкой фасадов:

В скором времени дома Бархина стали выпускать и другие военные домостроительные предприятия. Однако Болшевский ДСК сумел сохранить свой особый статус. В 1948 году комбинат построил новый экспериментальный дом. Его проект разработали в Академии архитектуры СССР под руководством архитектора Натана Остермана, впоследствии ставшего одним из главных специалистов по проектированию типовых жилых домов. С ним работали архитекторы Н. Наумова и А. Немлихер.

Показательно, что, будучи главным центром экспериментов в архитектуре, Академия архитектуры выбрала для сотрудничества именно болшевское производство. Новый дом, получивший шифр АД-5-1, должен был стать эталоном дома заводского изготовления, демонстрировать все преимущества индустриального домостроения и вывести жилую застройку на новый уровень. Три комнаты, ванная, веранда, раздвижные перегородки между помещениями – дом был призван поднять стандарт одноквартирного дома для страны и оставить в прошлом скучное лапидарное жильё без водопровода, канализации, централизованного отопления, преобладавшее в тогдашнем строительстве.

Здесь так же, как при проектировании домов Бархина и Гайгарова, внешнему облику уделялось столько же внимания, сколько и комфорту планировки, и наличию всех удобств. Остерман выделил главный фасад трёхгранным эркером – и дом стал резко отличаться от привычных типовых домов-коробок.

При этом и эркер, и декоративные элементы – пилястры, наличники, карнизы и т.д. – были запроектированы так, чтобы максимально упростить их изготовление на заводе и монтаж на строительной площадке.

Большое внимание было уделено и благоустройству участка. Экспериментальный дом и в этом плане сильно отличался от обычных сельских и городских одноэтажек. Но и не был он похож на элитные дачи и особняки. Архитекторы создавали эталон дома именно для массового строительства. Они выделили не только места для отдыха на свежем воздухе и для игр детей, но и место для огорода и ягодника, а также позаботились о хозяйственной постройке.

Но к середине 1950-х годов курс жилищного строительства изменился: в приоритете оказались не малоэтажные деревянные, а 5-этажные панельные дома. Изменился эстетический стандарт: вместо обилия декора – простота и лаконичность. Но при этом то, о чём мечтали архитекторы 1940-х, – благоустроенное жильё для всех – становилось реальностью.

Сергей ВОЛКОВ,

историк архитектуры, независимый исследователь

Интересно, что цветное фото улицы Кирова демонстрирует нам новый кирпичный 9-этажный дом, магазин «Спорттовары» и свежий тротуар из крупных железобетонных плит.

Эти плиты выпускались в промышленном масштабе и были распространены в СССР повсеместно. Однако в нашем городе такой тротуар как уличный впервые проложили именно здесь, на Кирова, и это произошло в 1971 году².

Мощение было выполнено также перед торговыми помещениями. Здесь оно сохраняется до сих пор.

Квадратные плиты с сетчатым рисунком использовались и в других общественных зонах. Мы помним их, например, на главных аллеях городского парка. Подобными армированными бетонными плитами, но другого масштаба, другой формы и с рельефным рисунком в виде кругов была вымощена аллея Славы на Мемориале.

Ни в парке, ни на аллее Славы теперь их нет. Недавно исчезли они и в Костино при перепланировке территории гимназии №9.

Тем не менее, улица Кирова не единственное место в городе, где всё ещё можно встретить «реликтовые» советские плиты. Мы ходим по ним, например, когда пересекаем сквер имени Чмырёва. Сохраняется такое мощение и на некоторых школьных участках.

Популярный в 1970-е – 1980-е годы элемент городского благоустройства постепенно исчезает с наших улиц, хотя время показало его практичность и долговечность.

Мария МИРОНОВА

1. Подмосковье: Фотоальбом / художник и составитель И. Липовецкая. – М.: Московский рабочий, 1978.
2. Дом и его «артерии» // Калининградская правда. – 26 июня 1971.

1. Коротко о главном

Что это такое?

Исправительно-воспитательное учреждение для правонарушителей, в основу которого были положены производственный труд, доверие, самоуправление.

Период существования

18 августа 1924 – 1 января 1939

Названия

Детская трудовая коммуна при ОГПУ, Трудовая коммуна ОГПУ, Сельско-хозяйственная производственная трудовая коммуна ОГПУ, Трудовая коммуна ОГПУ № 1, Трудовая коммуна НКВД №1, Трудовая коммуна им. Г.Г. Ягоды, Болшевская трудовая коммуна им. Г.Г Ягоды, Болшевская трудовая коммуна НКВД.

Общеупотребимым стало название «Болшевская трудовая коммуна» – по наименованию ближайшей железнодорожной станции Болшево.

Местонахождение

В двух километрах к югу от станции Болшево Ярославской железной дороги.

Основатели

Инициатор и вдохновитель создания коммун при ОГПУ – Феликс Эдмундович Дзержинский

Куратор – зам. председателя ОГПУ, затем глава НКВД Генрих Григорьевич Ягода

Организатор – сотрудник ОГПУ-НКВД Матвей Самойлович Погребинский

Первый заведующий – педагог Федор Григорьевич Мелихов

Воспитатель, затем управляющий – врач Сергей Петрович Богословский

Значение для будущего города Королёва

Благодаря развитию промышленности в трудкоммуне здесь был образован рабочий посëлок, а затем в 1940 году – город Костино (ныне в черте города Королëва). Созданная в 1930-х годах инфраструктура посёлка трудкоммуны используется по сей день.

Известные гости

Выдающиеся люди нашей страны и зарубежные гости посещали коммуну и неизменно выражали изумление ее достижениями. О коммуне восторженно писали у нас в стране и за рубежом. Первый отклик появился в американском журнале уже через год после создания коммуны, в советской печати количество публикаций о коммуне шло по нарастающей, начиная с 1926 года до конца 1930-х годов.

В коммуне бывали советские писатели Алексей Толстой, Михаил Кольцов, Илья Ильф и Евгений Петров, Леонид Соловьев…

Коммуну посещали иностранные рабочие делегации, приезжавшие в СССР. Случалось, что вся небольшая площадь перед зданием управления была заставлена автомашинами и автобусами «Интуриста».

Среди гостей коммуны – лауреаты Нобелевской премии: французский прозаик, драматург и эссеист Андре Жид (посвятил коммуне главу «Болшево» в книге «Возвращение из СССР», 1936) и английский драматург и романист Бернард Шоу, датский физик Нильс Бор, французский физик Жан Перрен, а также английский политик леди Нэнси Астор и французский писатель Анри Барбюс. Последний восхищенно сказал: «Эта коммуна есть маленькая республика в большой».

Значение для страны в период существования

В 1930-е годы предприятия коммуны давали 60% всего спортинвентаря, выпускавшегося в СССР.  Трудкоммуна в Болшево была «витриной» достижений советской педагогики, еë с гордостью показывали иностранцам.

Наследие в архитектуре

Архитектурный ансамбль Болшевской трудовой коммуны был возведён в 1920-30-е годы по проекту А.Я. Лангмана и Л.З. Чериковера. Было построено более десятка капитальных зданий, подавляющее большинство из которых сохранились до нашего времени.

Ансамбль Болшевской трудовой коммуны в целом является великолепным образцом конструктивизма. Он очень гармоничен, а каждая его постройка в отдельности воспринимается как неотъемлемая часть единого архитектурного организма.

Географическое разделение зданий на две группы — северную и южную — отвечает функциональному наполнению каждой из них — жилищному и организационному (административному).

Так, северную группу составляют:

— больничный комплекс (ул. Дзержинского, 11),

— 2 здания общежитий (ул. Дзержинского, 13/2 и 24/2),

— жилое здание (ул. Дзержинского, 20),

— детский сад (пр. Макаренко, 4).

Южная группа, в свою очередь, включала:

— торговый центр (ул. Дзержинского, 23/2),

— фабрику-кухню (ул. Дзержинского, 29),

— учебный комбинат (ул. Матросова, 2),

— спортивный комплекс (ул. Матросова, 4, 6, 6а, 6б),

— Дом Стройбюро (ул. Дзержинского, 34/2),

— производственные сооружения (ул. Ильича, 7),

— банно-прачечный комплекс (ул. Калининградская, 3)

Из этих строений к настоящему времени сохранилась большая часть. Утрачен банно-прачечный комплекс (снесён в 2000-е), в 2013 – 2015 году руинирован Дом Стройбюро – объект культурного наследия регионального значения, в 2017 году пожаром повреждено одно из общежитий.

Наследие в литературе и искусстве

В Болшевской трудкоммуне действовали акробатический, хореографический, литературный, драматический кружки, работала художественная студия, проводились занятия по фотографии, резьбе по дереву – для подростков, кройки и шитья – для женщин, были созданы духовой, струнный, неаполитанский и эстрадный оркестры, хор. Такая творческая обстановка способствовала тому, что воспитанники, рабочие и служащие коммуны имели все возможности для развития самых разных способностей и талантов… Для многих молодых людей именно коммуна стала тем местом, где они смогли раскрыться. Далее — несколько примеров (персона, наследие – обозначены связи с коммуной):

Василий Николаевич Маслов (1905–1938) — художник-авангардист, график, с конца 1920-х воспитанник Болшевской трудовой коммуны. Коллекции работ хранятся в Нижегородской государственном художественном музее, в Музейном объединении «Музеи наукограда Королев».

Владимир Васильевич Державин (1908–1975) – поэт, переводчик, в 1931–1936 гг. жил и работал в коммуне; единственный его прижизненный сборник стихов был подготовлен к печати в эти годы (вышел в свет в 1936 году). В.В. Державин известен как автор карикатур на жизнь коммуны, дружеских шаржей (два шаржа на Василия Маслова хранятся в фондах Музейного объединения Королёва).

Арсений Григорьевич Двейрин (1907–1996), пианист, композитор, педагог. С 1932 года жил и работал в Болшевской коммуне. В эти годы был написан нотный сборник «Пять детских пьес» (1937) с посвящением детям М.С. Погребинского. В послевоенное время работал в г. Калининграде (Королёве), в ДК им. В.И. Ленина, где вёл детские музыкальные кружки. В начале 1990-х гг. активно помогал городскому Историко-краеведческому музею, много сделав для пополнения его фондов по теме коммуны.

Илья Григорьевич Петров (1906–1984), военный дирижёр. С 1927 года – в Болшевской коммуне, где работал на обувной фабрике и занимался в струнном оркестре под руководством А.С. Чагадаева и духовом оркестре под руководством В.И. Агапкина, а затем был направлен на учёбу в консерваторию для получения профессионального музыкального образования. Дирижировал военными оркестрами, в т.ч. духовым оркестром Академии им. М. В. Фрунзе. На пенсии организовал при ДК им. Ленина духовой оркестр, ставший одним из лучших в Московской области.

Павел Ильич Железнов (1907–1987) – поэт, переводчик, в конце 1920-х воспитанник Болшевской коммуны, автор стихов, посвящённых ей, а также воспоминаний, опубликованных в книге «Наставники и друзья» (1982).

Анатолий Павлович Шепелюк (1908–1972) – живописец, в 1933-1934 годах жил в коммуне, занимался в изостудии под руководством В.Н. Яковлева, написал ряд картин на тему жизни в коммуне: «Г.Г. Ягода у болшевцев», «Перед судом товарищей» (опубликованы в книге «Болшевцы»), участвовал в художественном оформлении учебного комбината, фабрики-кухни.

Михаил Семёнович Копейкин (1905–1983), живописец, график и педагог. В первой половине 1930-х гг. (?) проживал в Болшевской коммуне, где занимался в художественной студии под руководством В.Н. Яковлева. К выставке, посвящённой истории и строительству коммуны, написал картину, на которой изобразил приезд Бернарда Шоу и Нэнси Астор; принимал участие в художественном оформлении зданий коммуны, в т.ч. фабрики-кухни и детского комбината.

Пимен Семёнович Гольцев (1910–1960), художник-живописец, график. Жил в Костине. В фондах музейного объединения «Музеи наукограда Королёв» хранится живописный портрет А.Г. Двейрина работы П. Гольцева.

Болшевская коммуна в кинематографе

На экраны страны вышел первый советский звуковой художественный фильм «Путёвка в жизнь» (режиссер Николай Экк), который отражал историю Болшевской трудовой коммуны. Фильм частично снимался на территории посëлка коммуны. В эпизодах фильма, показывающих строительство железной дороги, прибытие первого поезда в коммуну, снимались и коммунары. В 1932 году фильм заслужил награду I Международного кинофестиваля в Венеции, после был показан на экранах 107 стран мира, принёс международную известность советскому кинематографу и прославил коммуну на весь мир. Был куплен 26 странами.

Достижения в спорте

В коммуне располагался стадион с двумя футбольными полями, шестью теннисными кортами (зимой они заливались под каток) и рядом игровых площадок, действовали лыжная и велосипедная станции. Стадион стал одним из лучших в Подмосковье, а футбольное поле — одним из лучших в Москве. На стадионе коммуны проводились игры со спортсменами из Испании, Германии, Швеции.

Каждое производство коммуны (цех, фабрика) имело свои команды по различным видам спорта. Только футбольных команд насчитывалось двенадцать. Сборные команды неоднократно участвовали во всесоюзных соревнованиях и занимали призовые места. В 1930-е коммунары регулярно участвовали в физкультурных парадах, проводившихся на Красной площади.

Наивысшим достижением коммунаров в спорте стало второе место в первом Чемпионате СССР (1936) по хоккею с мячом (в финале команда уступила московскому «Динамо»).

Несколько спортсменов стали известными мастерами советского хоккея и футбола, игроками сборных команд и московского «Динамо»: Василий Трофимов, Николай Медведев, Виктор Осминкин, Иван Конов, Владимир Немухин и другие. Легендой стал Михаил Свиридовский – участник матча «смерти» в составе киевского «Динамо» против фашистских ВВС.

Стадион, построенный в коммуне (ныне «Металлист»), функционирует по сегодняшний день.

Наследие в педагогической науке

Уникальный опыт Болшевской трудовой коммуны по работе с правонарушителями описан в документально-художественном издании «Болшевцы» (1936), а также в книгах М.С. Погребинского «Пашка голодный» (1926), «Трудовая коммуна ОГПУ» (1928), «Фабрика людей» (1929) и многочисленных воспоминаниях руководителей, педагогов, воспитанников (опубликованных и хранящихся в архивах).  Осмысление, изложение, исследование этого опыта с точки зрения педагогики продолжается и в современности.

Наследие в промышленности

Коммуна стояла у истоков зарождения производственной базы одного из крупнейших оборонных предприятий России (ныне головное предприятие Корпорации «Тактическое ракетное вооружение»)

Участие в Великой Отечественной войне

Защитниками нашей Родины в годы Великой Отечественной войны стали сотни воспитанников, работников, служащих коммуны. Среди них – танкист, Герой Советского Союза Евгений Викторович Шкурдалов (1921–2000), лётчик Константин Николаевич Чайкин (1912–2001), совершивший в годы войны более 100 боевых вылетов.

2. Болшевская трудовая коммуна в цифрах и датах

Справочный материал подготовлен членами Королёвского краеведческого общества М. Зайцевой, С. Бельской, Л. Горовым на основе комплекса различных источников.

Виртуальный тур по Болшевской трудовой коммуне:  https://www.bolshevomok.ru/

С усадьбы Костино начинала свое существование в 1924 году эта организация, куда для перевоспитания были отправлены малолетние беспризорники. В продолжение мероприятия ведущая вела дискуссию с участниками, концентрируя их внимание на видеосюжетах по этой непростой теме.

С интересными фактами из истории коммунаров всех познакомила Елена Ивановна Протогенова – член городского краеведческого общества им. Б.Я. Ежова. К мероприятию был подготовлен тематический видеоматериал и книжно-иллюстративная выставка «Это время всегда будет с нами».